Вебкамера

Пандемия COVID-19 повлияла на вебкам-бизнес: участники этого теневого рынка рассказывают о 20%-ном росте заявок от желающих стать моделями. Число студий, занимающихся эротическими онлайн-трансляциями, в крупных городах исчисляется сотнями, а доходы — сотнями миллионов рублей. При этом каждая десятая модель опасается, что её фото или видео выложат в открытый доступ. Некоторые девушки уже столкнулись с деаноном и рассказали RT, как это отразилось на их жизни.

В начале апреля в Санкт-Петербурге полицейские выявили пять вебкам-студий, где работали больше сотни моделей. Оперативники задержали 11 человек и возбудили уголовное дело в связи с незаконным изготовлением и оборотом порнографических материалов. Задержанным может грозить до шести лет тюрьмы.

По данным регионального Следственного комитета, за два месяца соучастники заработали не менее 202 млн рублей. Всего же в городе, по предварительным оценкам, более двух сотен помещений, где проводятся эротические онлайн-трансляции за деньги.

Ситуацию усугубила пандемия коронавирусной инфекции: заявок от потенциальных моделей стало больше примерно на 20%. «Люди теряют деньги и идут не в доставку, а к нам», — объяснял в интервью изданию «Собака» один из совладельцев вебкам-студии.

При этом, согласно исследованию организации «ИНГО. Кризисный центр для женщин», каждая седьмая вебкам-модель беспокоится, что существуют или могут существовать видео с ней, записанные клиентами или работодателями и выложенные на порносайтах.

Их опасения не беспочвенны: как объясняет бывший продюсер и режиссёр порнофильмов Сергей Прянишников, такая участь рано или поздно ждёт всех моделей: «Если ты не хочешь, чтобы твои материалы попали в открытый доступ, то не надо лезть в вебкам. Скрыть свой род занятий сложно, и к неизбежному сливу надо быть готовой».

Многие из моделей уже столкнулись с деаноном. RT поговорил с тремя девушками о том, зачем они пошли в вебкам-бизнес и как пережили сливы своих откровенных фото и видео.

«Чувствую себя грязной»

20-летняя Валерия Юрьева (фамилия изменена. — RT) готовится лечь в психиатрическую больницу на два месяца. Каждый день девушка испытывает приступы сильной тревоги, кроме того, у неё диагностирована клиническая депрессия. К такому состоянию её привела травля, начавшаяся весной 2020 года.

В вебкам-бизнесе Валерия оказалась, когда переехала из Подмосковья в Москву. «Я очень хотела заработать денег, которых у меня никогда не было. Мне нечем было платить за аренду квартиры, и других вариантов заработка я тогда не видела», — объясняет девушка.

По словам Валерии, руководство студии заставляло её вести стримы по десять часов в день, помещение для онлайн-трансляций было маленьким и плохо проветривалось, из-за чего летом там было очень жарко и душно.

«Я боялась расстроить своё начальство, мне казалось, что если я уволюсь, то предам их, — говорит девушка. — Руководители студии — тонкие психологи и отличные манипуляторы. Когда я наконец ушла из вебкама, то первое время испытывала сильное чувство вины».

В марте 2020 года, когда девушка только начинала работать вебкам-моделью, она снялась для сюжета об этом бизнесе для одного из федеральных каналов. После этого в социальных сетях начали распространять её видео и фото со стримов, также Валерии стали поступать оскорбления, угрозы изнасилованием и убийством. Девушка жалуется, что травля продолжается до сих пор.

Деанонимизация повлияла на отношения Валерии с семьёй и с противоположным полом. «С родственниками, кроме мамы, я теперь не общаюсь. Мама первый месяц со мной тоже не разговаривала. Я это переживала труднее всего, потому что мама — мой самый близкий человек. Потом она это приняла, и мы, бывает, даже шутим по этому поводу, у нас нет запретных тем для обсуждения, — говорит девушка, — Парни меня воспринимают только как сексуальный объект. Моя личность стёрлась, после вебкама я чувствую себя очень грязной».

«Главное — деньги»

Скриншоты трансляции 19-летней уральской вебкам-модели Александры Симоновой (фамилия изменена. — RT) тоже попали в интернет. Неизвестный разослал её фотографии друзьям, родственникам, молодому человеку, его матери и даже преподавателям из университета.

«Я учусь на судебно-медицинского эксперта. У меня очень маленькая стипендия, а нагрузка по учёбе слишком высокая, чтобы я могла пойти работать куда-то хотя бы на половину ставки», — рассказывает она.

Летом 2020 года Александра увидела объявление в интернете о наборе моделей в московскую вебкам-студию. Стримить можно было из дома: главное, чтобы была камера для передачи высококачественного изображения и красивый фон. Девушка выходила в эфир по ночам, пока её мама спала в соседней комнате.

«Пока я работала, мне нравилась моя жизнь. Правда, у меня сильно сбился режим сна, потому что больше всего клиентов было в четыре-пять утра», — объясняет Александра.

Слив откровенных фото произошёл спустя полтора месяца. По мнению самой студентки, её погубило то, что она не удалила свои аккаунты из социальных сетей: скриншоты разослали практически всем её друзьям во «ВКонтакте».

«Я в тот момент была в магазине со своим молодым человеком и его другом, — вспоминает Александра. — Когда я увидела, что всем пришло, у меня началась истерика. Я была в шоке, просто не могла поверить, что это случилось со мной. Потом меня вызвали к ректору».

От отчисления девушку спасло то, что к моменту слива она успела сделать пирсинг пупка и похудела, поэтому Александра убедила руководство вуза в том, что на фото не она.

«Но всё равно доверия со стороны преподавателей больше нет, — продолжает она. — Я стараюсь прилежно учиться, сдавать вовремя домашние задания, но меня всё равно пытаются завалить, а однокурсники периодически издеваются. Анонимы пишут угрозы и оскорбления мне и моему парню».

По словам Александры, с деаноном ей помогли справиться друзья и молодой человек. Она считает, что, возможно, не попала бы в такую ситуацию, если бы заранее удалила свои страницы из соцсетей, в эфир выходила в парике, без пирсинга, с временной татуировкой и в таком ракурсе, чтобы никто не увидел интерьер её комнаты.

«Продажа своих эмоций»

Жительница Санкт-Петербурга Влада Вандри успела побывать вебкам-моделью, администратором студии, а сейчас позиционирует себя как «личного тренера» и делится опытом с другими девушками. Например, подсказывает, как лучше выставить свет, какие позы лучше принимать, о чём разговаривать с клиентами, а главное — как себя обезопасить от неожиданностей.

«Я не считаю, что торгую собой, скорее, вебкам — это продажа своих эмоций, за которые пользователи готовы платить», — рассказывает девушка.

Анонимные пользователи пытались трижды слить фото девушки в открытый доступ. Когда она отказалась заплатить шантажисту $100, он разослал компрометирующие снимки её родственникам и друзьям. Влада, по её словам, отнеслась к этому философски, поскольку уже успела рассказать близким людям, чем занимается.

«Некоторые друзья мне даже делали комплименты по этому поводу, — вспоминает она. — Как-то раз мне прислали видео, где я работаю, но я отправила в ответ другое и сказала, что тут выгляжу гораздо лучше. Если ты пошла в вебкам, будь готова, что тебя сольют. Вопрос только в том, как ты к этому отнесёшься и как себя поведёшь».

Однако модели могут столкнуться с ситуациями серьёзнее, чем слив фото или видео, признаёт Влада. Например, одна из её коллег во время стрима дала свои контактные данные клиенту, который приехал из другого города и начал преследовать девушку. Она обратилась в полицию, однако ей сказали, что не занимаются такими делами, пересказывает Вандри. «Хорошо, если бы вебкам был официально легализован. И мы бы платили налоги, и модели были бы защищены от шантажистов и сталкеров», — считает Влада.

«Серая зона»

По мнению психолога Арины Липкиной, в вебкам нередко идут девушки, пережившие травмирующий опыт, недостаток заботы, внимания и любви: «Для такой работы характерна личностная незрелость, а также в некоторой степени нарушение восприятия своего тела. То есть тело ощущается не как неотъемлемая часть человека, а как что-то постороннее, объект монетизации и продажи. А собственные чувства и потребности находятся как бы в стороне».

«Современный человек не ориентирован на долгосрочный результат, он хочет получить всё и сразу, причём только хорошее. При этом некоторые считают, что такой способ заработать — это предел их возможностей, и не верят в то, что способны на большее», — добавляет психолог Светлана Штукарёва.

С юридической точки зрения вебкам-бизнес находится в «серой зоне», говорит руководитель компании «Интернет и право» Антон Серго. «Отсутствие законодательно закреплённых формулировок даёт правоохранительным органам свободу трактовки и возможность квалифицировать организацию вебкам-студий как распространение порнографии», — пояснил он.

Из-за этого вебкам-модели часто боятся обращаться в полицию, даже если в их отношении совершаются такие преступления, как угрозы и шантаж, отмечает эксперт.

Что касается самого факта попадания откровенных фото и видео в открытый доступ, то в российском законодательстве закреплено право на удаление персональных данных в интернете, которое защищает в том числе право на изображения.

«У нас есть право на забвение, которое позволяет удалять с поисковых систем информацию о себе. Но там немного другая, более сложная процедура. Google основывается на своём логическом анализе, а вот для «Яндекса» нужно предоставить судебное решение, где установлено, что информация является недостоверной, неактуальной или порочащей, и только тогда они эти сведения уберут», — резюмировал Антон Серго.

Арина Сладкова. RT

 8,760 total views,  31 views today

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *